«Ах, оставьте меня в покое»

Второе упражнение, с помощью которого мы можем исследовать образ полной женщины, выполняется следующим образом:

Упражнение «Повседневный режим дня» Представьте себе, что утром вы лежите в постели. Звенит будильник. Еще не успев встать, вы замечаете, что толстеете прямо на глазах. Вы стали уже очень толстой, но еще не настолько, чтобы потерять возможность передвигаться. Наконец вы встаете и обнаруживаете, что содержимое вашего платяного шкафа изменилось в соответствии с вашей новой фигурой. Отныне вам предстоит в роли очень полной женщины прожить целый день. Внимательно следите за своим поведением и прислушивайтесь к своим чувствам. Постарайтесь также заметить, как реагируют на вас окружающие.

Мысленно прожив весь этот день, остановите игру своего воображения, как останавливают демонстрацию кинофильма, и вернитесь к реальности.

Давайте для начала ознакомимся с переживаниями Петры:

«После пробуждения я растолстела до безобразия и не испытываю никакого желания вставать с постели. С большим трудом мне удается заставить себя сделать это. После утреннего туалета я одеваю темно-лиловый костюм, который, как мне кажется, лучше всего подходит к моей новой фигуре. Затем я бужу мою дочь. Гаральд тем временем уже встал с постели. Я быстро готовлю кофе и несколько бутербродов. Муж и дочь завтракают. Я ничего не ем. С самого утра мне не по себе, меня все раздражает. Наконец мы все выходим из дома.

Я еду в электричке на работу и по дороге замечаю, что стараюсь ни на кого не смотреть и мечтаю о том, чтобы меня тоже никто не замечал. Приехав в офис, я чисто автоматически выполняю свою работу. Я кажусь себе каким-то роботом. Мне ни с кем не хочется общаться. Впрочем, время от времени я перебрасываюсь парой слов с кем-нибудь из моих коллег и даже иногда улыбаюсь. Все это, однако, никак не способно улучшить мое настроение. Во время обеденного перерыва я в полном одиночестве совершаю прогулку. Мне снова не хочется ничего есть.

Потом пришел мой шеф с целой горой протоколов, которые мне нужно было напечатать.

Вообще говоря, я должна была бы протестовать, ибо эти протоколы поочередно печатаем я и моя коллега, и теперь была не моя очередь. Но я не могу вымолвить ни слова. Я чувствую только, что у меня вдруг проснулся зверский аппетит. В ящике стола я обнаружила кексы, которые я моментально съела. Угрызения совести лишь придают мне новые силы. Около часа дня я складываю свои вещи и выскальзываю из кабинета.

По дороге домой я по-прежнему веду себя крайне сдержанно и стараюсь ни на кого не смотреть. В магазине неподалеку от моего дома я покупаю кое-что на обед. Беру все, что попадается под руку. Дома я с явной неохотой готовлю обед для мужа и дочери. Сразу после обеда усаживаюсь в кресло перед телевизором. Будь на то моя воля, я бы лучше совсем отключилась от всего происходящего вокруг меня. Сидя перед телевизором, я в’ огромных количествах поедаю чипсы, не замечая их вкуса, ни запаха.

Мелани делает уроки, потом уходит в гости к подруге. Вечером возвращается домой Гаральд, и мы ужинаем. Еще несколько часов, проведенных перед экраном телевизора, — я без сил падаю в постель. Работа и телевизор — вот и все, что есть у меня в жизни».

В качестве второго примера повседневного режима дня в представлении полной женщины вашему вниманию предлагаются впечатления Изольды (38 лет, замужем, мать двух маленьких детей, 95 килограмм):

«Проснувшись утром и встав с постели, я надеваю широкое синее платье. В ванной, которой мы все пользуемся одновременно, царит привычная толчея. Мой муж пеняет на мою полную фигуру, из-за которой остальным достается не так много места. Впрочем, это не мешает ему самому не очень-то церемониться с остальными посетителями ванной, которых он то и дело бесцеремонно расталкивает. Его нахальное поведение и досадные упреки выводят меня из себя, и я из последних сил сдерживаюсь, надеясь на то, что он скоро уйдет на работу. Но когда это наконец случается, я чувствую себя внутренне опустошенной и униженной служанкой.

Накормив и одев детей, я иду с ними в детский сад, где и оставляю старшего из них, которому уже исполнилось четыре годика. Несколько таких же молодых матерей, как я, не спешат на работу и о чем-то тихо переговариваются у дверей садика. Когда я прохожу мимо них, то одни из них демонстративно смотрят в другую сторону, а остальные бросают на меня недружелюбные взгляды. Я здороваюсь с ними, но ничего не слышу в ответ. Меня это очень обижает. Тем временем мой сын стремительно вбегает в раздевалку и быстро сбрасывает с себя пальто и обувь. А я стою как неприкаянная и не знаю, что мне дальше делать.

Тут ко мне подходит воспитательница моего сына и предлагает мне испечь к детскому утреннику какой-нибудь пирог. Я с радостью соглашаюсь, но тут же с досадой ловлю себя на мысли, что и здесь меня воспринимают как служанку. Видимо, я больше ни на что не гожусь. Никто не относится ко мне как к равной. Я с трудом сдерживаю слезы. Убедившись, что мой сын скрылся в комнате для игр, я беру за руку мою двухлетнюю дочь и направляюсь с ней к выходу. Молоденькие мамочки по-прежнему стоят у дверей. Я приветливо улыбаюсь им, и на лицах некоторых из них вижу слабые, словно вымученные улыбки. Никто не произносит ни слова.

Мы идем в магазин за продуктами к обеду. Здесь моя дочь окончательно выводит меня из себя. Чтобы как-то отвлечься от всех неприятностей, я покупаю пакетик со сладостями, и мы быстро выходим на улицу. Я даю моей дочери маленькую шоколадку, чтобы утихомирить ее хоть на какое-то время. Для себя я распечатываю шоколадку побольше, но даже ее, как мне кажется, не хватит для того, что приглушить обуревающие меня отрицательные эмоции.

Дома я занимаюсь хозяйством, играю с дочкой и при этом не перестаю жевать что-нибудь. У меня все прямо-таки валится из рук, и только слабая надежда на то, что когда-нибудь все это кончится, помогает мне хоть как-то справиться с собой. Все, что я делаю, кажется мне совершенно бессмысленным.

Вечером я забираю из детского сада сына. При этом я замечаю, что хожу и что-то делаю бессознательно, словно я нахожусь в трансе. Приготовив обед, я наедаюсь до отвала. Потом укладываю спать дочку и с трудом отбиваюсь от сына, которому почему-то именно сейчас захотелось со мной поиграть.

Через какое-то время возвращается с работы муж. Мы почти ни о чем не говорим друг с другом, и я чувствую себя словно в каком-то вакууме. Остаток дня занят едой, просмотром телевизионных передач и заботой о детях. Муж сидит перед компьютером и увлеченно играет в компьютерные игры. Это ужасно нервирует меня, но я помалкиваю, так как мне стыдно за свою безобразную фигуру. Ни о какой нежности со стороны мужа и тем более о сексе нет, разумеется, и речи».

А вот что представила себе Маргрет (52 года, по профессии медсестра). Ее игра воображения преподнесла ей короткую и весьма выразительную историю:

«Утром я одеваю серое платье. Потом на велосипеде отправляюсь на работу. Людей, встречающихся мне по пути, я просто не замечаю. Мне кажется, что я нахожусь внутри какого-то огромного мыльного пузыря, который отрезает меня от окружающего мира. В больнице я выполняю свою работу. Я работаю молча, как машина. Окружающие не обращают на меня никакого внимания. Создается впечатление, что я как бы и не существую вовсе, хотя, с другой стороны, мне нравится, что меня никто не беспокоит. Как ни странно, даже это иногда может быть приятным».

Таким образом, для повседневной жизни полных женщин характерно следующее:

такие женщины находятся в своеобразной изоляции от окружающего мира;

они уверены, что им лучше не спорить с теми, кто их критикует (комплекс «безвинной жертвы»);

они чувствуют себя одинокими и лишними в любом коллективе.