Избыточный вес как сигнал к сопротивлению

«Быть полной нелегко, — признается Петра С. — Потаскав с собой 30 лишних килограмм, я к вечеру падаю с ног от усталости. Мне трудно ходить, стоять, сидеть и даже дышать». И тем не менее Петра и многие другие женщины с каждым новым «приступом обжорства» делают все для того, чтобы остаться полными. Это не может быть случайностью!

«После того как я сильно похудела, мне пришлось по воскресеньям отправляться вместе с семьей на велосипедные прогулки. Это помогало мне избавляться от лишних калорий, но, по правде говоря, я предпочла бы покой. Теперь, когда я снова поправилась, я больше не могу позволить себе ездить на велосипеде. С одной стороны, мне это нравится, а с другой — меня мучают угрызения совести».

Женщина, которая призналась мне в этом, могла, судя по всему, оставаться дома только в том случае, когда ее вес не позволял ей кататься на велосипеде.

Недавно одна женщина рассказала мне, что когда она снова набирает вес, то почти не выходит на улицу. А когда она сбрасывает вес, то часто покидает свой дом. На мой вопрос: «А разве вам нельзя вернуться домой, даже если вы худая?» женщина ответила: «Конечно нет. В этом случае я совсем перестала бы выходить из дома».

Образ полной женщины прочно засел в головах некоторых женщин:

«Если бы я была худой, то полетела бы на Карибские острова и стала бы чаще ходить в театр», — написала одна женщина в анкете. Эта женщина весила 67 килограмм и участвовала в опросе только потому, что раньше она весила 85 килограмм. Как видим, вместе с килограммами она не избавилась от мучившего ее и раньше стыда.

«Если бы я была худая, у меня было бы много поклонников, — заявила 37-летняя женщина, весившая 83 килограмма. — Однако в этом случае меня ценили бы только за мою фигуру, а это меня не устраивает». Здесь имеет место страх перед угрозой стать одной из многих. Ведь худых женщин много. «После похудения я стала бы как все», — пишет все та же женщина.

Другая женщина (38 лет, 83 килограмма) выражается еще более определенно: «Или пусть меня любят такую, как я есть, или пусть меня совсем не любят». Толстая женщина избавлена от конкуренции с худыми. В этом есть что-то очень заманчивое.

В народе говорят: «Тот, кто потерял свою репутацию, может больше ни о чем не беспокоиться». Такая позиция таит в себе протест, распространяющийся даже на процедуру приема пищи. Человек дистанцируется от окружающих, уходит в себя. Его полнота воспринимается как сигнал: Не заставляйте меня следовать какой-то жесткой схеме, тогда как я хочу сбросить с себя любые ограничения. Я не хочу участвовать в гонке за стройной фигурой и привлекательной внешностью. Ваши нормативы не для меня. Оставаясь толстой, я протестую против несовершенства этого мира!